Закрытая зона

Партнеры

 

Контакты

+375 29 676 44 44

E-mail: admin@safariclub.by

ХРОНИКА ПРИДУМАННОЙ ВОЙНЫ. Вторая серия. ДИВЕРСАНТЫ

Дата публикации: 2016-11-29

Серая лента дороги вопреки словам известной песни виться отказывалась напрочь. Идеальное асфальтовое покрытие свежего автобана уводило наш диверсионный отряд прямо на восток в направлении Могилева. Сегодня боевой расчет состоял из командира Войтеха Кононовича, механика-водителя Николая Светлого и автора этих строк, функционал которого не имел явных очертаний. Пикап Мицубиси, новое Колино приобретение, молодым энергичным галопом нес нас на встречу очередным охотничьим приключениям. 

 

Сегодня мы отправлялись в окрестности г. Чаусы. По дороге предстояло заехать в Могилев, где к нам должен был присоединиться организовавший эту вылазку Леонид Новиков. Леонид - личность одиозная, широко известная в узких охотничьих кругах. Стрелок, оружейник, ювелир.Человек, первым начавший продвигать волчью охоту на вабу в широкие массы и достигший в этом внушительных успехов. Его имя обросло целым ворохом историй, баек и легенд. В правдивости многих сомневаться не приходилось, хотя и количество народного фольклора с каждым годом неумолимо росло. Разделять правду от вымысла каждому слушателю необходимо лично, однако ни у кого нет сомнений в том, что Леонид играет огромную роль в формировании культуры и прикладной практики современной охоты в Беларуси. 

 

Короче, если проводить параллели с известным сериалом о Великой отечественной войне, экзамен у нашей диверсионной группы сегодня принимал сам "Летнаб". 

 

В угодьях мы оказались загодя, уже в шесть вечера. Нам предстояло провести рекогносцировку на местностности, составить план наступления. Но прежде необходимо дождаться охотоведа и егеря Чаусского БООРа. Остановившись на закрайке поля, мы принялись за смену гардероба, попили чай, распотрошили сухпайки. Остров мелколесья, у которого мы расположились, на поверку оказался старым заброшенным садом, из которого разносился дурманящий аромат спелых яблок, навевающий мысли о надвигающейся осени. Не воспользоваться таким приглашением мы не могли. 

 

Я бродил по звериным тропкам, набитым между полувековыми деревьями, собирал зрелые плоды  и мысленно благодарил людей,которые когда-то давно жили здесь на обыкновенном хуторе.  Наверняка имели крепкое хозяйство и вкалывали от зари до зари. Обрабатывали всю нарезанную советской властью краюху земельного надела и не гнушались запустить руку в колхозное "богатство". Рождались, играли свадьбы, провожали парней в армию и отправляли стариков в последний путь. Умудрялись вполне комфортно сосуществовать на пятидесяти метрах общей площади бревенчатого домика под двускатной крышей семьей из восьми-десяти человек.  От грудничков до глубоких стариков. За чередой работы здесь не было времени на конфликты отцов и детей, "несходство" характеров, депрессии и бессонницы. И "секас" был, а детских садов не было. Бегала малышня по окрестностям босыми ногами, сама придумывая себе развлечения. И при этом почти не болела. А во главе воспитательного процесса стоял постоянный труд, личный пример старших да профилактическая батина нагайка.

 

Где-то здесь на меже летним утром звенела под бруском коса, которую правили крепкие мужские руки. А зимой, на свежей, пропитанной морозом, пороше кололи упитанного кабанчика. И баню топили не только по выходным, но иногда и среди недели. И тогда по округе плыл легкий хлебный запах самой твердой валюты в мире. Валюты, которая волшебным образом помогала обзавестись лишней телегой дров или сена, чинила домашнюю утварь и была лучшей миротворческой силой в межсоседских конфликтах. 

 

А сегодня, спустя крохотные мгновения времени планетарного масштаба, унесла река тотальной урбанизации не таких уж и далеких потомков в шумные мегаполисы, где они приобрели право на лень заплатив за это свободой. И живут сейчас молодые парни и девушки в бетонных клетках, в которых запах цветущей черемухи заменил вид тропического пляжа с дисплея айфона последней модели. Где рельефные мужские мышцы создаются не тяжелым физическим трудом, а методичными тренировками в фитнессклубах и служат для визуального воздействия на болезненно-стройную рафинированную красотку, а не раскалывания комлевой колоды одним ударом топора. Теперь такие горожане, чьи деды и прадеды жили на подобных хуторах, щедро разбросанных по всей Беларуси,  не способны разжечь костер даже со спичками в кармане, а прогулки по асфальтированным парковым дорожкам на навороченном современном велосипеде воспринимают как экстремальный квест, называя его на заморский манер "outdoor adventure". Настало время, когда молодой "лось", легко выжимающий 150 кг от груди падает в обморок при виде крови, сочащейся из разбитой коленки, а его едва совершеннолетняя подруга с радостью готова служить подопытным кроликом для защиты докторской диссертации на тему "Куда еще можно засунуть силикон". 

 

Пройдет еще двадцать-тридцать лет. Камни старых фундаментов полностью уйдут в землю, старые яблони сгниют и упадут под напором ветра. И наши внуки будут искренне считать, что жизни за кольцевыми дорогами не бывает. Грустно...

 

Но скоро сказка сказывается... Вечерело, команда была в сборе и мы приступили к реализации наших планов. Центровое место выделили Леониду, который сразу принялся деловито собирать  компактную вышку, привезенную с собой. Ведь арию "Тоскующий волк" предстояло сегодня исполнить именно ему. Войтех расположится чуть впереди и слева, Коля метров двести правее, на самом перспективном перешейке. Тут тоже все по фен-шую: водитель всегда должен быть накормлен, чаем напоен и стоять на лучшем номере. Правда Коля уже привычно воспринял предложенную позицию с настороженным пессимизмом. Я же  забрался на вышку, которая стояла метров на четыреста правее позиции Николая. Егерь с охотоведом прикрывали фланги. Мы ждали сумерок...

 

Сильный боковой ветер временами выдавал такие порывы, что моя высокая вышка слегка подрагивала. С трудом верилось, что при такой погоде нам повезет докричаться до волчьей стаи. Однако, как известно, к дивану волк точно не приходит...

 

С наступлением сумерок Леонид трижды дунул в собственноручно изготовленную трубу. Порывы ветра подхватили и понесли в дремучие лесные дали тоскливую песню волка-одиночки. И буквально через несколько минут где- то   там, сквозь девятый вал воздушного шторма послышался еле слышный ответ. Может показалось? Или я так хотел услышать ответ, что принял за волчью песню завывание ветра? Нет, точно волки! Уже ближе и отчетливее раздается их перекличка, которая должна показать незваному гостю многочисленность и мощь стаи, на чью территорию он по недомыслию посягнул. Первой начинает тянуть матерая волчица, затем мощным басом вступает самец. Спустя еще пару секунд подхватывают переярки, а к финалу появляется хаотичное взвизгивание и , похожий на собачий,  лай волчьей малышни, который  заглушает все остальные звуки. 

 

Волки отвечают с противоположного фланга и я так и не нахожу ни одной причины, по которой серые должны приблизится к моей вышке на уверенный выстрел. На этот раз мой охотничий азарт обреченно спокоен, видать сегодня мне суждено быть зрителем. Леонид очередной раз тянет тоскливый минор, но на этот раз в ответ  тишина. Это неплохой знак. Зачастую, когда хищники уже близко и уверены в своем физическом превосходстве, они не размениваются на переговоры и предпочитают идти в атаку без лишних криков "Ура!".

 

Только я успел поменять дневную оптику на ПНВ, как матерый волк показался из леса напротив номера Николая. Зверь неспешно приближался к месту, откуда уже битых полчаса горланил наглый выскочка. Он часто останавливался, пытаясь обнаружить вероломного соперника.  С полукилометрового расстояния мне казалось, что матерый идет прямо на Колю. Мысленно похвалил товарища за завидную  выдержку. Действительно, в подобной ситуации можно подпускать зверя максимально близко, пока он не замрет на несколько секунд, почувствовав неладное. 

 

И тут словно током шарахнула мысль о том, что наверняка Коля его попросту не видит! Возможно ему мешали неровности рельефа, а может просто чуть потерял концентрацию товарищ. Но в том, что серый пока не обнаружен, я уже не сомневался ни секунды. В нашей команде повелось в подобных ситуациях высвечивать хищника ИК-подсветкой с того самого мгновения, как потенциальная цель показалась в поле зрения. Этот свет волки всегда игнорировали напрочь и наверняка попросту его не видели. А охотник, в свою очередь, имел возможность оценивать поведение хищника во всех деталях, четко уловить момент, когда необходимо стрелять, и мог, соответственно, качественно прицелится.  А на этот раз на волка пока никто не светил, хотя до номеров оставалось уже менее двухсот метров. 

 

Во всех вариациях тюремно-диверсионных боевиков наступает момент, когда главные персонажи уже практически преодолели некую открытую, очень важную и тщательно охраняемую территорию, как вдруг взвывала сирена сигнализации и поисковые прожектора начинали хаотично утюжить периметр. Вот и сейчас, волк наверняка почти раскусил наш коварный замысел, как на позиции Николая загорелся мощный конус света и принялся шарить по полю. Правда обошлось без сирены. Как только световое пятно нащупало одинокий волчий силуэт, мгновенно грянул гром выстрела.

 

Я никогда не думал, что волк может так быстро бежать. Тень хищника в пару мгновений преодолела расстояние до спасительной чащи. Второй Колин выстрел лишь ознаменовал  преодоление волком сверхзвуковой отметки. 

 

Все, охота была окончена. Я слез с вышки и неспешно направился на разбор полетов. 

 

В одном безумно любимом мною произведении, посвященном двенадцати предметам столовой мебели,  есть ключевой момент. Всеми обожаемый Остап Бендер покупает на аукционе вожделенные стулья и, увы, не может за них расплатиться. Причем при каждом очередном прочтении этого бестселлера мне всегда хочется, чтобы денег великому комбинатору хватило, он нашел сокровища и вопреки дальнейшему сюжету наступил "хеппи енд". К чему это я? В своем повествовании Ильф и Петров красочно рассказывали нам  о "постаукционной" беседе Остапа и Кисы. Тогда сын "турецкоподданного" награждал Предводителя отточенными короткими ударами по корпусу, приговаривая о барышнях, прогулках при луне и далее по тексту, а тот, в свою очередь, стоически переносил вручение наград. По замыслу авторов со стороны это походило на мирную  семейную беседу сына с отцом... 

 

Так вот, сейчас я застал момент, когда в похожей ситуации отец разговаривал с сыном. Под теплым отеческим взглядом Войтеха Коля тщетно силился обнаружить на сочной отаве хоть капельку волчьей крови. Безуспешно. Мы вместе облазили близлежащие заросли, но так и не обнаружили ничего, что бы свидетельствовало о попадании пули по зверю. Увы, чистый промах. 

 

Как оказалось, матерый волк шел между Колей и Войтехом. "Дедушка" вовсе не видел этого хищника, так как вел в прицел другого "серого", который в это же время заходил с левого фланга. А Николаю помешала вовремя увидеть зверя небольшая складка местности. А когда, словно черт из табакерки, волк появился перед ним на расстоянии выстрела, Колю накрыл адреналиновый "колотун". Именно из-за такого "колотуна" мы и ходим на охоту. Надеемся, словно хронические наркоманы, получить очередную дозу адреналиновой инъекции, которая зачастую играет нам такую плохую службу. И хотя все мы, реже или чаще, попадаем в подобные ситуации, оказаться сейчас в Колиной шкуре мне ой как  не хотелось. Знал бы я дальнейшее продолжение этой ночи...

 

С Чаусских земель мы уезжали в "глубоко минорном" настроении. Получилось, что Леонид "сваю работу зрабиу" не взирая на совсем непростые метеоусловия, а вот наша диверсионная группа с треском провалила экзамен. На Колино счастье, злющий Войтех уснул даже не дождавшись, пока бодрый пикап почувствовал колесами полотно асфальта. Но это был еще не вечер...

 

По дороге на охоту в результате формирования диверсионных планов у меня родилась свежая идея. При таких далеких вылазках виделось логичным на обратном пути почтить своим присутствием еще какие либо благодатные земли. Новую модель решили обкатать уже сегодня, и я заблаговременно договорился с Василием, моим другом и егерем Белыничского лесхоза, о полуночной волчьей охоте в его обходе. 

 

Около часа ночи мы заехали в хорошо знакомый двор. Заранее предупрежденный телефонным звонком Вася был во всеоружии. Разбудили "деда", оформились и двинули в поля. В особый успех такого экспромта мы не шибко верили. В середине ночи волки всегда активно двигаются, далеко уходя от мест своих привычных дневок.  Мы заняли господствующую высотку на убранном поле всем дружным коллективом, расположившись общей кучей-малой. Еще не проснувшийся Войтех и карабин брать не стал, решив ограничится на этот раз только вокальным выступлением. Мы даже машину особо не прятали, оставив ее в пятидесяти метрах сзади, в небольшом овражке. 

 

Первая ваба безответно растворилась в близлежащих лозняках дремучего болотистого торфяника. Спустя минут двадцать Войтех затянул опять. И снова в ответ ключевая колодезная тишина. Еще через четверть часа окончательно стало ясно, что мой эксперимент с треском провалился. Я принялся шепотом обсуждать с Васей перспективы грядущего осеннего сезона, изредка поглядывая в тепловизор. Вдруг в лозовом кусте что то засветилось. Лунная ночь позволила и без подсветки рассмотреть в Дедал торчащую из зарослей звериную голову. Только видовая принадлежность ее владельца не была пока ясна. Однако спустя пару минут из-за куста появился волк и неспешной рысью засеменил прямо к нам. Когда разделяющее нас расстояние сократилось до ста двадцати метров, хищник стал забирать влево, пытаясь зайти под ветер. Как только волк на несколько секунд приостановился, я уверенно прицелился в лопатку и нажал на курок. Словно подкошенный, хищник рухнул на месте. 

 

Общая радость была хоть и кратковременной, но очень бурной. Разве только чепчики в воздух не бросали! Ведь похоже мы реабилитировались и  пересдали экзамен!  Прямо по горячим следам. 

 

Дальнейшие наши действия трезвому анализу не поддавались и не имели объяснимого мотива. Одно можно сказать уверенно - так могли поступить только самые матерые и очень уверенные в себе охотники. Первым делом мы отнесли карабины в машину, зачехлили их, взяли фототехнику и стройными рядами отправились смотреть нашу добычу. 

 

Пошатывающийся волчий силуэт первым увидел в тепловизор Войтех. Зверь едва переставляя ноги, неуверенным шагом уходил в кусты. Увы, но нам оставалось только догнать хищника и попытаться добить его фотоаппаратом. Однако он успел скрыться раньше. Мы долго пытались его тропить по щедрому кровяному следу, держа наготове вновь расчехленное оружие, однажды подняли волка с лежки и в конце концов заставили зверя форсировать две полноводные канавы, где он смыл с раны предательски сочащуюся кровь. И ушел по лабиринтам лосиных следов в густую тростниковую чащу, где был таков. 

 

По дороге в столицу Войтех снова спал. Сейчас на мое счастье. Ему наверняка снились охотничьи кошмары. А нам с Колей было о чем поговорить. Сегодня мы не только провалили экзамен, пересдача тоже не задалась. Мягко говоря.  Мы уныло катили навстречу просыпающемуся городу, а где-то позади, с грохотом пустой консервной банки волочилось по асфальту наше самосозданное реноме охотников-волчатников. 

 

А ведь уже сегодня нам предстояла очередная охота. На этот раз в Гродненской области, в так любимом нами хозяйстве " Белая тропа". Там некая волчья стая тоже  рекетировала окрестности, собирая кровавую дань. Еще неделю назад наш отряд был ангажирован для "разборок" с серыми бандитами. Вот только не знала  пока приглашающая сторона, какие из нас "защитнички"...

 

Поспав целых три часа, я отправился... Нет, не на работу. В тир! Я был очень раздосадован ночной неудачей и хотел разобраться, какая из частей механизма "стрелок-оружие" дала сбой. Час времени и полпачки дефицитных патронов, выпущенных по листу бумаги, расставили все по своим местам и позволили сделать неутешительные выводы. Карабин стрелял значительно выше, что было бедой не большой. Самое плохое - пробоины на мишени формировались совершенно стихийно на площади размером с лист формата А4 при стрельбе со стометровой дистанции. Все сошлось на неисправности ПНВ Дедал 470. Похоже не выдержал старичок жесткой десятилетней эксплуатации. И отомстил мне вчера за все свои лишения, отправив пулю вместо волчьей лопатки по верху позвоночника зверя.  

 

Об охоте с таким прицелом не могло быть и речи. И я сразу позвонил Николаю, рассказал о своей проблеме, прихлопнув его в конце монолога фразой :" Поэтому сегодня я не поеду!". Невыспавшийся организм торжествовал в предвкушении домашнего вечера. Но не тут-то было! Коля просто накрыл меня гневным молчанием на том конце GSM- сигнала. Потом витиевато назвал меня предателем, который бросает его одного на пятисоткилометровый пробег после бессонной ночи. Конечно, логика в его словах была. Поездку отменять было-бы некрасиво, а от Войтеха в дороге толку мало - шум колес действует на него похлеще любого снотворного. 

 

Короче, я тоже поехал. И даже карабин взял с собой, пообещав себе стрелять только в крайнем случае и только уперев ствол в волчий бок. 

 

Прибыв на место в оговоренное время и свято исполнив национальную бюрократическую волокиту, мы спешно заняли позиции у предполагаемой волчьей квартиры. Часа полтора мы голосили с Войтехом дуэтом, но нам лишь удалось  раззадорить колхозных коров, стоящих стадом в километровом удалении. А потом, вторя мычанию полорогих, в лесу один за другим стали реветь олени. В нынешнем сезоне впервые. Они разрывали громогласным рыком молочные реки укрывшего нас тумана и настраивали охотничьи струны души совсем на другую, осеннюю мелодию. 

 

Вот так и течет стремительным ручьем охотничья жизнь. От гусиной весенней распутицы,  сквозь цветущие и благоухающие майские сумерки козлиных охот, лихо проскакивая летние короткие волчьи ночи и дав сполна окунуться в сентябрьские любовные войны лосей и оленей, соберет она в октябре друзей у большого "загонного" костра, что бы потом с трепетом торопить первую порошу в желании всласть потаскать на взмокшей спине катушки бечевы, унизанной алыми четками флажков. Вот так очередное закрытие сменяется грядущим открытием, сквозь череду которых так незаметно пролетают наши годы. 

 

Однако волков дома не оказалось и вскоре мы собрались у машин. Охотовед Геннадий и егерь Олег предлагали попытаться поискать хищников в другом месте. Мы с Колей тоже рвались в бой, вернее хватались за соломинку возможной реабилитации. Наконец сонный "дед" сдался под нашим натиском и мы отправились на границу Мостовского и Дятловского районов. 

 

Здешние места я знал в совершенстве. Не один десяток ночных пограничных нарядов провел я с противоположной, Дятловской, стороны. Может поэтому на этот раз мне доверили расстановку номеров. От леса, где мы оставили наш транспорт, начинался узкий клин поля, который с каждой сотней метров становился все шире и шире. Первым номером остался примкнувший к нам местный охотник. Следующим решено поставить Войтеха. Похоже дед спал прямо на ходу. Он меланхолично шаркал ногами, рискуя упасть и расшибить нос. 

 

Еще метров через двести -позиция Коли.Дойдя до нее, я осмотрелся в тепловизор. Прямо впереди, по ходу нашего движения, стояли два зверя. Туман скрадывал их истинные размеры, да и расстояние было большим. У меня не было и тени сомнения, что это косули. До того момента, пока один из зверей не пошел. В грациозных движениях безошибочно угадывалась хищная поступь. Неужто волки? Подтянувшийся Коля спешно заклацал затвором Блейзера, заряжая патроны (все-же сказались бессонные ночи). Волкам это не пришлось по вкусу и они скрылись в тумане. 

 

Едва я отошел от Коли метров на пятьдесят, Войтех завыл. Вторую вабу он сделал минут через пятнадцать, третью - спустя еще пять. Видать дедушку рубило не по-детски и он торопился закончить навязанное ему продолжение охоты. Волки не отвечали. Скорее всего, во время нашего приезда звери охотились в том самом узком клину, а потом неспешно уходили от нашего многочисленного отряда, держась на безопасной дистанции.Надеяться, что они "поведутся" в такой ситуации на вабу было глупо. И я решил пойти дальше в поля. На удачу. 

 

Преодолев около полукилометра, я "запеленговал" в тепловизор стоящего на кромке леса оленя. Высоко поднятая грациозная шея зверя безошибочно выдавала в нем самку. Чуть дальше по полю гулял какой-то хищник. Плотный туман искажал тепловизионную картинку, делая его фигурку совсем маленькой. Волк? Или все-же лисица?С утроенной осторожностью я принялся подходить. Когда поравнялся с оленухой, рядом с ней в лесу что-то мелькнуло. Потом еще и еще. Я решил подождать в надежде увидеть все оленье стадо. А вдруг повезет лицезреть и матерого рогача во всей его могучей красе...

 

Вдруг оленуха, сделав двухметровый прыжок вверх, галопом понеслась по полю. Что за черт! Меня она не могла "срисовать", нас разделяло не менее двухсот метров. И тут из чащи ей вдогонку бросился волк. Оказывается, это он мелькал среди деревьев, пытаясь подкрасться к оленю поближе. Но на этот раз серый просчитался и , пробежав за ускользнувшей добычей метров пятьдесят, вернулся несолоно хлебавши и снова скрылся в лесу. 

 

В хищном первобытном азарте я опустился на колено, пригнул голову к земле и тихо завыл. Волк тут же вынырнул из леса, отошел от стены метров на десять и сел. Осторожно встав, я установил треногу и включил прицел. Увы, но из-за тумана не было видно ничего,  и я обреченно опустил оружие, снова прильнув к окуляру тепловизора. Волк долго сидел и смотрел в мою сторону. Второй хищник, который прежде гулял вдалеке, тоже уселся столбиком. Несомненно и это был волк. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем матерый встал и рысцой засеменил в мою сторону. Он неуклонно приближался к месту, где туман был значительно реже, и была надежда "прожечь" его ИК-лучом. Как только хищник вынырнул из-под ватного одеяла серой мглы, я быстро вскинулся, включив подсветку на максимум. Скорее всего, волк уловил отблеск из окуляра прицела,  пролетевший солнечным зайчиком по моему лицу. Замерев на секунду, он со всех ног рванул к спасительной чаще. Мощный ИК- луч сопровождал сквозь туманную мглу размытый ускользающий силуэт, когда я резко свистнул. В одно мгновение волк остановился, как вкопанный, повернувшись ко мне боком. Счет шел на мгновения. Не выстрелить я уже не мог. Не взирая на неисправный прицел, туман и большое расстояние. Вопреки усталости и накопившейся невезухе. Наведя перекрестие на лопатку зверя, я мысленно попросил Диану помочь и потянул указательным пальцем за спусковой крючок. 

 

Выстрел...Апогей охоты. Мгновение, ради которого ты готов терпеть лишения и невзгоды, не спать ночами и преодолевать  сотни и тысячи километров. Ради этого движения указательным пальцем ты неделю лезешь в горы и ночуешь на улице в студеный мороз. Ты лишаешь семью своего общества и наконец деньги зарабатываешь в том числе ради этого еле заметного движения. 

 

И если ты настоящий охотник - то каждый раз это рубеж и момент истины для твоего эго. Мгновение, способное сделать из тебя как героя, так и полного лузера.  Ты можешь быть прекрасным следопытом, красться тише змеи, обладать феноменальной силой духа и выносливостью. Но неудачный выстрел перечеркнет это все одним громким хлопком. И после тебя не оправдает ни сильный ветер, ни дождь, ни камнепад, ни неисправный прицел или оружие. Ты будешь лузером. И прежде всего в своих собственных глазах. 

 

И в то-же время тебя могут привезти к номеру на тачке, поднести к зверю в рюкзаке. Возможно ты сам не сможешь отличить самца лося от самки кабана. Но ты выстрелишь, туда, куда тебе настойчиво полчаса указывал закорюзлый егерский перст. Выстрелишь и попадешь. И станешь героем! А если твой трофей будет обладать исключительными трофейными качествами, то героем ты будешь, как минимум,на долгие годы. На вершине будешь именно ты! Не егеря, не сопровождающие и устроители, не турагенты и владельцы угодий. Увы, но такова правда охотничьей жизни. Таковы правила, по которым мы играем...

 

И в этот раз мой выстрел попал точно в цель!  Попал тогда, когда на это практически не было шансов. Когда мои друзья закончили охоту и собрались у машин. Я стал героем. Прежде всего в своих глазах. Но нужно быть честным. Я только нажал на курок. Все остальное сделала поцеловавшая меня в тот день Богиня Диана!!!

 

Богуш Дмитрий

 

Назад к списку статей
Яндекс.Метрика